Serge (xgrbml) wrote,
Serge
xgrbml

Одуванчик

Перевел в учебных целях сказку Анны Саксе (Anna Sakse, 1905-1981) «Одуванчик» (Pienenīte). Ключевую игру слов адеквано передать, видимо, невозможно; не знаю, насколько удалось вывернуться.


Жила-была одна маленькая пухленькая девочка. Пасла она свою козу и продавала молоко. В желтом платочке и зеленом платьице она обходила дворы и всем покупателям наливала в кружку из своего деревянного подойника. Всегда она была весела и улыбчива, и каждому умела сказать доброе слово: больному желала крепкого здоровья, поссорившихся супругов мирила, девушке предсказывала, что скоро и она наденет обручальное кольцо. Навеное, поэтому ее всегда очень ждали: ее добрые улыбки словно несли солнце и весну даже в самый мрачный дом. А поскольку она разносила молоко, а одуванчик латыши называют «молочайка», ее так и прозвали Одуванчиком. Иной и не знал даже, было ли у нее когда-нибудь другое имя. Одуванчик — это звучало так приятно и по-доброму, что девочка на прозвище не обижалась.

Пришло, однако, время, когда на Одуванчика стали поглядывать парни. Первым приплелся свататься Слизень, с целым домиком за спиной. А поскольку он уже тогда был скряга и нелюдим, о любви он даже заговаривать не стал, а сразу повел рассказ о своем домике: какой он хороший и уютный, и как Одуванчику будет там радостно жить с ним вдвоем. Запершись на замок, чтоб не беспокоили.

Нетрудно догадаться, что Одуванчик ответила такому жениху. Она уперла руки в боки и рассмеялась:

— Ну и живи на здоровье в своей хижине, запершись на два замка, чтоб тебя не унесли! Не нужна мне твоя старая халупа. Скоплю денежек — построю домик, построю домик — выйду за молодого парня.

Только легко ли в молодости скопить денег? Так вот и Одуванчик: каждый день — новый желтый шелковый платок, тут новые туфельки, там зеленое платьице, и на тебе: улетели все денежки, как их и не было.

Приглянулась красавица и зажиточному Шершню, приехал он свататься. Хвастался он своим стадом божьих коровок, только Одуванчик предпочла остаться со своей козочкой, чем выходить за такого сурового мужика.

— Скоплю денежек — построю домик, построю домик — выйду за ласкового парня — твердила она.

Постепеннно девушка становилась основательней: доила она свою козочку, продавала молоко и копила денежку. Больше она не покупала новые платки, да и старые не стирала, так что вскоре они из ярко-желтых стали грязно-зелеными.

Деньги копятся, но что же любовь? Куда же она спряталась? Или прошла мимо и не заметила? Но нет, не может такого быть, она же ни одно живое существо не обходит! Тогда почему же она не шлет ей, Одуванчику, суженого, судьбой предназначенного? Быть может, он где-то совсем рядом, но не решается объясниться?

С каждым днем девушка становилась все более задумчивой. По утрам, выведя козочку попастись на росистой траве, она долго вглядывалась в синее небо, словно надеясь узнать ответы на свои вопросы. В небе ничего видно не было, только Жаворонок порхал и пел свою бесконечную песню без слов. Одуванчика эта песня трогала до глубины души. Когда девушка проводила рукой перед глазами, она чувствовала, что рука становится влажной от слез.

И как так могло случиться, что весь мир вдруг стал петь песню Жаворонка? Встряхнет коза головой, зазвенят бубенчики — а Одуванчик бежит посмотреть, не Жаворонок ли это идет по тропинке через пастбище. Засвистит дрозд на липе — сжимает Одуванчик уголки платка и бежит, бежит к нему — к Жаворонку. Даже по ночам она просыпается: кто-то стучится в дверь и поет, и она же знает, что это Жаворонок!

— Так вот она, моя большая любовь! — открылось наконец Одуванчику. Она была счастлива.

Но можно ли загубить свое счастье глупее, чем это сделала Одуванчик? Люди, будьте мудры, учитесь на ее примере: любовь похожа на песню жаворонка, она прекрасна без слов, как услышите эту песню — проведите рукой перед глазами и молчите, только следите, как слезы счастья стекают у вас по лицу.

И не поступайте так, как Одуванчик. А она однажды утром не выдержала и обратилась к Жаворонку:

— Эй, послушай! Спускайся, я хочу с тобой поговорить.

Когда Жаворонок по красивой дуге опустился в траву, Одуванчик так смутилась, что не смогла начать разговор.

— Что ты хотела мне сказать? — спросил Жаворонок.
— Я... я хотела узнать слова твоей песни, — ответила девушка.
— С удовольствием! — сказал Жаворонок и запел:

Пою я много песен,
И все — тебе одной...

— И все мне! — воскликнула Одуванчик. — Я так и думала, что ты пел для меня, а теперь ты сам это сказал! Ну давай тогда поскорее устроим свадьбу!
— Мы — свдьбу? — удивился Жаворонок. — Но...
— Ай, я знаю, что ты небогат, но я богатства и не ищу. Мне достаточно твоей любви.
— Моей любви? — поразился Жаворонок. — Но я...
— Милый хитрец, хватит упрямиться! — девушка погрозила Жаворонку пальцем. — Садись-ка, попей козьего молочка, а потом поговорим.

У Жаворонка от удивления пересохло во рту. Он глотнул молока, но тут же его выплюнул.

— Горькое, как полынь, — сказал он, вытирая клюв.

Одуванчик попробовала молоко — и впрямь горькое. Сообразила девушка, что уже три дня как она, заслушавшись песней Жаворонка, забывала доить козу.

— Это ничего, что молоко горькое, зато сладкими будут наши поцелуи, — воскликнула она и потянулась обнять Жаворонка. Но Жаворонок вспорхнул в воздух и запел:

Пою я много песен,
И все — тебе одной,
Супруге дорогой.

И тут-то девушка поняла, что Жаворонок любил вовсе не ее, а свою Жавороницу. Что делать, как быть, у кого спросить? Одуванчик взмахнула своим выцветшим платком и воскликнула:

— Погоди, погоди, я тебе еще скажу! Приходи ко мне, у меня много денег!

Но Жаворонок поднимался все выше и выше и все пел свою песню без слов.

— Так развейтесь же, мои деньги, по ветру! — воскликнула Одуванчик, разорвала мешок с деньгами, схватила пригоршню монет и швырнула их вслед Жаворонку.

Ах, как летели талеры и кроны, как они кружились на ветру! И Одуванчику послышалось, будто с синего неба доносится голос Жаворонка:

— Мою песню не купишь за деньги.
Tags: latvija, переводы, чтение
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments