Serge (xgrbml) wrote,
Serge
xgrbml

Читаю Вилиса Лациса

Собственно, Вилис Лацис — псевдоним, этого человека звали Янис Вильгельм Лаце. Он родился в 1904 в семье портового рабочего в пригороде Риги (сейчас это в черте города). В том, что юноша из рабочей семьи с ранних лет проникся социалистическими идеями, ничего удивительного нет: капитализм что в Российской империи, что в Латвии 20х годов был весьма диким. Хуже, что Вильгельм воспринял эти идеи в большевистском изводе — видимо, сыграло свою роль то, что с 1917 по 1921 год он жил на Алтае (семья бежала от наступавших на Ригу немецких войск). Так или иначе, вернувшись в 1921 году в Латвию, будущий писатель и политик зарабатывает себе на жизнь физическим трудом (работает рабочим в рижском порту, кочегаром на кораблях и пр.), а в начале 30х годов начинает печататься. Ко второй половине 30х он завоевал всенародное признание и любовь. Утверждается, что и латвийский президент-диктатор Карлис Улманис к нему благоволил (я не нашел серьезных подтверждений этому, но, как по мне, было за что).

Немедленно после советской оккупации Латвии в июне 1940 года В.Л. начинает активно сотрудничать с советскими властями, а после аннексии Латвии в августе того же года становится председателем совнаркома Латвийской ССР и сохраняет эту должность (под разными названиями) до 1959 года. Разумеется, сколько-нибудь серьезные решения принимал не совнарком/совет министров, а партийные органы, но за все бесчинства советской власти Вилис Лацис отвечает, пусть не в максимальной степени, просто по должности.

Это был очень неплохой писатель. Давайте один рассказик перескажу. Называется «Четыре поездки». Действие происходит в рыбацком поселочке. В церковь его жителям приходится ездить в другой поселок (и делают они это, судя по всему, нечасто), удобнее всего — по морю. Вот в рассказе и описаны четыре поездки туда и обратно. Первая — младенца везут крестить. По возвращении устраивают празднование, ребенка откладывают в отдельную комнату, мать хочет к нему пойти, но мужчины заставляют ее сидеть с ними и слушать их рассказы. Ребенок просыпается и плачет, но мать не слышит этого за шумом застолья, к ребенку никто не подходит. А вот и вторая поездка. Ребенок уже вырос, ему 18, он ездил с родителями на конфирмацию. Опять застолье, герой рассказа из робости отказывается поцеловать руку своему престарелому крестному, отец его за это избивает. Третья поездка: молодой человек еще подрос, теперь он венчается с девушкой, с которой толком не знаком и к которой не испытывает никаких чувств (приданое: две коровы, платяной шкаф, кровать с бельем и подушками, 300 рублей денег). И, наконец, четвертая: герой прожил целую жизнь, у него выросли дети, и теперь гроб с его телом везут хоронить, на сей раз уже не на весельной, а на моторной лодке. Все эпизоды проходят в одних и тех же декорациях: церковь, колокольный звон, по возвращении — песчаный берег, на перевернутых лодках сидят старики, курят и смотрят на море, если взглянуть с высоты, то эти старики кажутся точками, и кажется, что они так сидели всегда, с начала времен. Такие вот «Колокола» Эдгара По, только в прозе и без несколько навязчивого звукосимволизма.

Заняв пост главы правительства, В.Л. продолжает много писать. Писательские умения от него не ушли, но читать написанное им после 1940 года непросто, с каждым текстом одна и та же история: до поры до времени читается, как пристойная проза, пусть и без особого полета, но вот автор переключается на режим пропаганды — и все, исчезает и чувство юмора, и психологическая мотивированность, и даже элементарная логика. А ни одного его текста этого периода, пропаганды в больших дозах не содержащего, мне не попалось.

Я убежден, что Вилис Лацис любил Латвию: без этого писать с такой нежностью и вниманием об ее лесах, песке и море было бы немыслимо. Но похоже, что он любил свою родину без людей. Причем после 1940 года люди стали для него не материалом для литературных упражнений (это-то много у кого бывает), но, что много хуже, средством построения карьеры.

В заключение скажу, что в современной Латвии этого автора печатают и читают. И это все же правильно.
Tags: latvija, чтение
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments