Category: путешествия

rhino

Пражская ерунда-2

Ну и еще ерунды. Что на Пражском Граде стоит собор св. Вита, и так все, кому интересно, знают; телефоном его все равно не сфотографировать, а профессиональных фото и так полно. Но, возможно, не все знают, что на той же охраняемой территории есть выставка сов и других хищных птиц.

Вот это лысый орел:

Точнее, это орлица, и ей 14 лет.

А вот большая серая сова (не знаю, точен ли термин: я скалькировал английское название, которое мне сказала девушка, занимающаяся выставкой):

Это тоже она, ей 4 годика.

Понятно, что фото очень темные, а с тем, что публикует yakov_a_jerkov, вообще не сравнить, но собор получился бы еще хуже.
graffiti

Кто больше?

Под катом я излагаю некоторую сюжетную схему; призываю в комментариях называть произведения, в которых соответствующий фрагмент сюжета присутствует.

Collapse )

Два готовых ответа у меня уже есть (авторы Ю.Т. и В.Л.). Кто больше? Подозреваю, что должно быть еще.

Acknowledgement. Данная запись вдохновлена текстом Аввы про Катаева.
rhino

Ольштын-Фромборк-Мальборк-Гданьск

А дороги в этой части Польши разделяются на два типа: либо country roads, создающие впечатление, что их не ремонтировали со времен Веймарской республики, либо автобаны, построенные, надо думать, в 30е годы XX века, но в данный момент находящиеся в процессе ремонта. Что по тем, что по другим ездить можно только медленно и осторожно, никаких «с ветерком». Кто ругает мэра столицы РФ, приезжайте и убедитесь, что он в своих интересных свойствах не одинок.

Фромборк (бывший Frauenburg) — город, теснейшим образом связанный с именем Коперника. Там находится кафедральный собор, в котором реформатор астрономии 11 лет служил настоятелем. В этом соборе он и похоронен, а перед собором ему поставлен памятник. Фромборк стоит на берегу пресноводного залива, отгороженного косой от Балтийского моря (восточнее Фромборка другой пресноводный залив отгораживает совершенно аналогичная коса, на которой стоят известные многим курорты Нида и Юодкранте). И еще во Фромборке (совсем рядом с собором) есть полностью заброшенная пассажирская железнодорожная платформа. Место вроде и туристское, но туристов относительно немного: по крайней мере, не толпы.

А вот Мальборк (бывший Marienburg) — туристское место именно что с толпами. Оно и не удивительно: это бывшая столица Тевтонского ордена, в которой сохранился и отреставрирован огромный замок — резиденция оного ордена магистра. По замку очень хорошо брать экскурсию с аудиогидом, который голосовыми (и графическими) подсказками направляет туриста и автоматически запускает нужный текст в зависимости от того, в каком месте турист находится (и даже в зависимости от того, первый или второй раз турист в этом месте оказался!). Спасибо aknel за совет аудиогидов взять.

Впрочем, кроме замка с аудиогидами в Мальборке нет решительно ничего, даже поесть нормально, похоже, негде. Соответственно, после осмотра замка и делать там нечего: можно только сесть в машину и поехать куда-нибудь. Например, в Гданьск. Если туда приехать, можно выпить местного пива Łomża и написать пост в ЖЖ. Что я и.
rhino

Сыски, фыфки, хыхки

Значит, не Козюль и не Кошуль, а вовсе даже Косюль. Но менять, конечно, уже бесполезно. Кстати, из той же статьи явствует, что эмигрантом из Польши в первом поколении человек вовсе не являлся, так что передача sz как ш — чистый произвол.
rhino

Сто восемьдесят градусов

В одном из текстов Маяковского присутствует следующая забавная ошибка: описывая некоторое путешествие, он правильно называет его цель, но при этом указывает направление, строго противоположное тому, что было в действительности. О каком тексте идет речь?

Ком., естественно, скр.
rhino

Потрепала меня по щеке

Вот что именно пародируется в парижском эпизоде в «Москва-Петушки»? НУ, понятно, что жанр «Советский писатель за границей» в целом. Отсылки к Эренбургу совершенно явные («выкурил я двенадцать трубок... выкурил я тринадцать трубок»). Сегодня вот наткнулся еще на один конкретный текст, к которому, по-моему, идет прямая отсылка: повесть Катаева «Маленькая железная дверь в стене» (1964), в которой автор рассказывает (1) о вожде мирового пролетариата, (2) о своем одесском детстве и (3) о себе любимом сегодняшнем. Причем третий пункт перевешивает и второй, и (о ужас) как бы не первый. Так вот, начинается эта повесть буквально так:

Однажды мы засиделись до трех часов ночи у Эльзы Триоле и Луи Арагона, которые тогда еще жили недалеко от Оперы на старинной улице Де-ля-Сурдьер, и они пошли нас проводить до стоянки такси.

Про Везувий и Помпею, упоминаемые у Ерофеева перед этим, там, кстати, тоже есть (edit: а также про агавы на острове Капри). Очень забавно читать, как автор любуется собой, имеющим возможность поездить по заграницам. Небось еще думал, что добро делает советскому читателю, интересно рассказывая ему о Париже и Италии, попасть в которые упомянутый читатель не имел решительно никакой возможности, хоть на голову встань, хоть клад миллионный найди.